Голгофа

891Заклание Агнца на Голгофе

«На другой день видит Иоанн идущего к нему Иисуса и говорит: вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира».

Прежде чем перед нами встанет ужасная картина заклания Агнца Божия на кресте Голгофы, мы видим Его заклание еще «прежде создания мира» — 1 Пет. 1, 19 — 20; От. 13, 8. Это заклание Иисуса Христа «прежде создания мира» было предначертанием Божиим, предопределением Его руки, как мы читаем в Деян. 4, 27 — 28: «Ибо поистине собрались в городе сем на святого Сына Твоего Иисуса, помазанного Тобою, Ирод и Понтий Пилат с язычниками и народом израильским, чтобы сделать то, чему быть предопределила рука Твоя и совет Твой».

Голгофа — это центр всей Библии! К закланию Агнца Божия ведут все прообразы и все пророчества Ветхого Завета, и к кресту Голгофы направляют все страницы Нового Завета. Голгофа — это центр новой земли и нового неба, ибо именно Агнец Божий день и ночь восхваляется в вечном Царстве небес. Именно Агнец Божий находится «среди божественного престола» — От. 7: 10, 17. Заклание Агнца Божия, предназначенное и предопределенное божественным планом еще прежде создания мира, совершилось буквально в дни Понтия Пилата на Голгофе, вблизи Иерусалима. Но между Голгофой в плане Божием и Голгофой недалеко от Иерусалима мы видим еще образ Агнца Божия, данный нам в прообразах и пророчествах Ветхого Завета. За 700 лет до того дня, когда Понтий Пилат осудил Христа на заклание, пророк Исайя показал Голгофу в таком ярком освещении, что перед человечеством предстал и истязуемый еще до Голгофы Христос, и Христос, ведомый на Голгофу, и Христос, распятый на кресте посреди двух злодеев, и Христос, погребенный у богатого, и Христос, узревший «потомство долговечное», то есть Церковь, приобретенную жертвой Голгофы…

И другие пророки оставили нам образ страдающего и умирающего Христа, о чем так ясно сказано в Деян. 3, 18: «Бог же, как предвозвестил устами всех Своих пророков пострадать Христу, так и исполнил». Каждую субботу во всех синагогах читались все эти пророчества, относящиеся к страданиям и смерти Христа, и, несмотря на это, на суде у Понтия Пилата иудеи отреклись от Христа и потребовали Его смерти. Мы читаем об этом в Деян. 3, 13 — 15: «Иисуса, Которого вы предали и от Которого отреклись пред лицом Пилата, когда он полагал освободить Его; но вы от Святого и Праведного отреклись и просили даровать вам человека убийцу, а Начальника жизни убили…»

Посмотрим на образ Агнца Божия, нарисованный пророком Исайей. Мы читаем в Ис. 52, 14: «Как многие изумлялись, смотря на Тебя,— столько был обезображен паче всякого человека лик Его, и вид Его — паче сынов человеческих!» Разве лик прекраснейшего из сынов человеческих был когда-либо так обезображен, как его описывает пророк? Да, был. На суде у Понтия Пилата лик Христа был обезображен струями крови, которая текла из-под шипов тернового венка. А вид тела Христа? Вот воины Пилата срывают одежды с Него и привязывают Его к позорному столбу для бичевания. О, как страшен римский бич с маленькими кусочками железа на конце, которым воины наносят один удар за другим по обнаженному телу Христа, образуя одну рваную рану за другой до тех пор, пока Его истерзанная спина не превратилась в одну большую зияющую рану. Так был «обезображен паче всякого человека лик Его, и вид Его — паче сынов человеческих.

Пророк Исайя приводит и слова Христа, которые, правда, не записаны в Новом Завете, но мы находим их в Ис. 50, 6: „Я предал хребет Мой бьющим и ланиты Мои поражающим; лица Моего не закрывал от поруганий и оплевания“. Но люди отвращали от Него лицо свое. Даже апостолы, за исключением Иоанна, отсутствуют на Голгофе. На горе Преображения они не хотели расстаться с преображенным Христом, когда лицо Его сияло, как солнце, а „одежды Его сделались блистающими… как снег“ — Мр. 9, 3. Апостолам было там так хорошо, что Петр даже воскликнул: „Равви! Хорошо нам здесь быть; сделаем три кущи…“ — Мр. 9, 5.

Но кто из людей в дни Понтия Пилата, смотря на обезображенный лик Христа, говорил сам в себе: „Я припоминаю пророчество Исайи, где говорится об обезображенном лике Христа. И вот Он, о Котором пророчествовал Исайя, стоит сейчас предо мною“. Никто в обезображенном паче всякого человека Христе не увидел славы Божией, даже апостолы,— вот почему они бежали из Гефсимании, оставив Христа одного, и не были у подножия креста, чтобы видеть заклание Агнца Божия.

Только Дух Святой открывает нам значение Голгофы, которое заключается в том, что Христос стал Агнцем Божиим, взявшим на Себя грех мира. Он был заклан, потому что „взял на Себя наши немощи и понес наши болезни“. „Он был изъязвлен за грехи наши и мучим за беззакония наши“. „Ранами Его мы исцелились“.

В заклании Агнца Божия — наше вечное спасение!

Христос посреди двух злодеев

Лк. 23, 29 — 43

На горе Голгофе мы видим осуществление двух планов: Божьего и человеческого. Человеческий план заключался в уничижении Христа через распятие Его, как главного преступника, посреди двух злодеев. Не увенчался ли этот план величайшим успехом? Нет! Богом был определен другой план: как можно больше возвеличить Христа и сделать это именно через злодеев и через крест. Один из разбойников был первым плодом страданий и смерти Христа. Крест для него превратился в лестницу, которую видел когда-то патриарх Иаков. Только теперь эта лестница была уже не для ангелов, а для грешников и даже для самых великих грешников на земле.

Здесь, на Голгофе, мы видим доказательство верности слов Евангелия: „Кровь Иисуса Христа, Сына Божия, очищает нас от всякого греха“ — 1 Ин. 1, 7. Один из разбойников, висящий на кресте рядом со Христом, увидел всю свою черноту и ничтожество, с одной стороны, и, с другой стороны,— свет и величие креста Христова. Один конец этого креста доходил до ада, другой до неба. В то время как разбойник видел себя все более и более грешным, Христос представал перед ним все более и более лучезарным и чистым. И, наконец, Он засиял перед ним как Царь и Властелин вселенной. И тогда этот разбойник, висящий по правую сторону, обратился ко Христу с молитвой: „Помяни меня, Господи, когда придешь в Царствие Твое“ — Лк. 23, 42, Ни апостолы, ни матерь Христа не проникли так глубоко в тайну креста Христова, как этот грешник.

Постараемся понять еще одну славную истину: разбойник со-распялся Христу не только внешне, но и внутренне. Он умер для всего, чтобы жить только для Христа. Только одно осталось для него живым — Иисус Христос, Спаситель его души.

Крест для разбойника стал сияющим зеркалом, в котором он увидел, во-первых, себя, такого страшного, погибающего грешника, а во-вторых, Бога в безграничной любви к нему. Злодей превратился в праведника, получил место в раю со Христом — в этом величие и слава Голгофы. Именно в спасении грешников величие и слава распятого Христа!

Самая горькая капля в чаше страданий Христа

Мр. 15, 33 — 34

На Голгофе было два периода: период ужасного шума и период глубокой тишины. Мы знаем, откуда исходил этот шум на Голгофе. Он исходил от фарисеев и книжников, которые поносили и злословили Христа, говоря: „Других спасал, а Себя Самого не может спасти! Если Он Царь Израилев, пусть теперь сойдет с креста, и уверуем в Него“ — Мф. 27, 42.

Но вдруг солнце среди бела дня начало меркнуть, и на землю опустилась непроглядная тьма, продолжавшаяся целых три часа. В этой небывалой тьме людей объял такой страх, что им было не до поношения Христа, и на Голгофе наступила глубокая тишина.

И вот среди этой тишины раздался громкий глас Христа: „Элои, Элои ламма савахфани!“ — Мр. 15, 34.

Никто на Голгофе не понял этих слов. Вообще Христос говорил на арамейском языке, на котором говорили все жители Палестины того времени. Но эти слова Христа были произнесены не на арамейском языке. Они остались бы и для нас тайной, если бы Дух Святой не истолковал их. И теперь мы знаем эти слова: „Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?“ Но и переведенные на наш родной русский язык эти слова все еще полны для нас глубокой тайны.

Мы знаем, что на кресте Христос произнес семь слов. Но слово „Элои, Элои“… является четвертым словом Христа на кресте, то есть находится в центре всех слов, сказанных Спасителем, нашим Искупителем Иисусом Христом на Голгофе. Поэтому их содержание особенно важно для нас, так как они раскрывают перед нами все значение голгофской жертвы Христа.

О чем же говорят эти слова? Прочтем их еще раз: „Боже Мой! Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?“ Эти слова говорят очень ясно об оставлении Христа Богом. Но ясно ли нам, что это значит — Христос, оставленный Богом? Этот вопрос приводит нас к самой глубокой тайне. И насколько хорошо известны нам эти слова Христа, произнесенные на кресте, настолько мы мало углублялись в понимание их глубочайшего смысла. Мы большей частью только скользим по их поверхности, как и по поверхности многих других слов Священного Писания.

Ища ответа на этот вопрос, мы стоим как бы у океана божественной премудрости и исчерпываем его маленькой кружечкой, то есть нашим ограниченным разумом хотим постигнуть бездну премудрости Божией. Конечно, это невозможная и неосуществимая задача. Но если мы, как говорит апостол Павел в 1 Кор. 13, 12, хотя „отчасти“ уразумеем, что значит Христос, оставленный Богом, то и такое понимание „отчасти“ покажет нам, как горька была чаша, которую испил Христос на Голгофе. Христос, оставленный Богом… Но ведь Он Сам был Богом, принявшим нашу плоть,— скажем мы. Да, это так; но Он был и человеком, истинным человеком, по плоти, как все мы, только абсолютно безгрешным, непорочным человеком. И слова Христа на кресте — „Боже Мой! Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?“ означают, что Христос как истинный представитель человеческого рода был в буквальном смысле оставлен Богом.

Этого состояния никто из людей еще не пережил. Это испытал только Иисус Христос, и именно в те три часа непроглядной тьмы, царившей на Голгофе. Бог не оставил еще ни одного человека, кроме Сына Человеческого, Иисуса Христа. Господь всегда простирал и простирает Свои божественные руки ко всем грешникам земли, звал и зовет их к

Себе, греет и питает, то есть окружает Своим попечением праведных и неправедных. Люди могут оставлять Бога, но Он не оставляет их никогда.

Но Христос пережил смерть как возмездие за грехи всего мира — Рим. 6, 23,— именно в смысле полного оставления Его Богом. В этом смысле Он пережил и мучения ада, ибо ад заключается в оставлении Богом человеческой души. Только испытавший оставление Богом поймет муки ада. И Христос пережил это на собственном опыте, ибо Он был Оставлен Богом за наши грехи, как самый великий грешник, олицетворявший на кресте всех грешников мира. Душа Его была в аде — Деян. 2, 31. Вот о чем говорит вопль Христа на Голгофе: „Боже Мой! Боже Мой! для чего Ты меня оставил?“

Теперь мы поймем, что из всех ран Христа, которыми мы исцелились, самой глубокой, самой болезненной и мучительной была вот эта рана — оставление Его Небесным Отцом. И внешняя тьма на Голгофе была выражением той ужасной внутренней тьмы, тьмы ада, в которую была погружена душа оставленного Богом Христа. Это оставление было самой горькой каплей в чаше страданий Иисуса Христа за наши грехи. В этом заключается величайшая жертва, которую небесный Первосвященник принес ради нашего спасения.

Другие мучения нашего Господа на кресте переносили также в дальнейшем и различные мученики христианства. История говорит, что апостол Петр был тоже распят на кресте, и причем вниз головой. Но никто из них не пережил оставления их Богом. Наоборот, в своих вел-иких страданиях они ощущали особую близость Бога. Все они „топтали свое точило“ вместе с Богом. И только Христос „топтал Свое точило“ один, будучи оставлен Богом. Именно ожидание этого самого глубокого страдания наполняло сердце Христа той смертельной скорбью, о которой Он поведал Своим апостолам в Гефсиманском саду. Слова Христа — „Боже Мой! Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?“ — являются вопросом к Богу, Который изрек: „А Сион говорил: оставил меня Господь, и Бог мой забыл меня!“. Забудет ли женщина грудное дитя свое, чтобы не пожалеть сына чрева своего? Но если бы и она забыла, то Я не забуду тебя» — Ис. 49, 14 — 15.

Каков же был ответ Божий на вопрос Христа? Мы читаем этот ответ в Ис. 54, 7 — 8: «На малое время Я оставил тебя, но с великою милостию восприму тебя. В жару гнева Я сокрыл от тебя лицо Мое, на время, но вечною милостию помилую тебя». В чем же заключается эта великая и вечная милость Божия? В милости Божией, явленной бесчисленному множеству грешников как следствие пребывания души Христа в аде и оставления Его Богом.

Плодом оставления Богом Христа на Голгофе является то "великое множество людей, которого никто не мог перечесть, из всех племен и колен, и народов, и языков, стоящих пред престолом и пред Агнцем в белых одеждах и с пальмовыми ветвями в руках своих. И восклицали громким голосом, говоря: «спасение Богу нашему, сидящему на престоле, и Агнцу!» Христос был оставлен Богом, чтобы и мы были в числе этого великого множества и стояли перед престолом и перед Агнцем в белых одеждах, и в безграничном счастье и радости пели чудную песнь Спасителю нашему Иисусу Христу.

Возведем наши очи к Голгофе

Пс 120, 1

«Возвожу очи мои к горам, откуда придет помощь моя» Есть гора, к которой мы часто возводим наши очи. И было бы желательно еще чаще возводить к ней наши очи Это гора Голгофа! И каждый раз, когда мы поднимаем наши очи к этой горе, мы видим на ее вершине все новые и новые картины и получаем на ней все новые и новые откровения, и все новые и новые мысли рождаются в наших умах и сердцах Нас, утомленных пилигримов в небесный Ханаан, Голгофа наделяет все новыми и новыми силами.

Когда Давид пел чудную песнь о горах, откуда он получал свою помощь,— помощь от Господа, гора Голгофа называлась горой Мориа, и с ней было связано воспоминание об Аврааме, который на ее вершине принес в жертву овна взамен своего сына Исаака, и этот овен в течение многих веков был чудным прообразом нашего Господа Иисуса Христа Который как Агнец Божий на этой же самой горе — горе Мориа (она же Голгофа) был заклан за грехи каждого из нас

В связи с горой Мориа, именуемой в Новом Завете горой Голгофой, у ветхозаветного народа Божия было древнее предание, будто бы на горе Мориа был погребен первый человек Адам Было это так или нет, но в этом предании кроется глубокая истина, а именно- проклятие за грех, которое с дней Адама лежало на всем человечестве, было погребено здесь, у подножия креста Голгофы, в момент, когда Христос испустил Свой дух на кресте, совершив спасение всех грешников мира

В предании этом сокрыта еще и другая глубокая истина, а именно согрешивший в Едеме Адам стал в Новом Завете прообразом «ветхого Адама», то есть плотского человека, в отличие от человека духовного И вот этот «ветхий наш человек», то есть наша греховная природа должна умереть именно на Голгофе, как об этом пишет апостол Павел в Послании к Римлянам 6, 6: «Зная то, что ветхий наш человек распят с Ним, чтобы упразднено было тело греховное, дабы нам не быть уже рабами греха».

Наш «ветхий Адам» должен найти свою могилу тоже на Голгофе И если он на Голгофе не умрет, то будет сопровождать нас до последнего часа нашей жизни Да сохранит Господь нас от этого, ибо мы все жаждем благодатной жизни без всякого пятна или порока. Вот почему нам важно как можно чаще бывать на Голгофе Даже если первый человек Адам и не похоронен там, то пусть будет там, на Голгофе, погребен «ветхий Адам» каждого из нас, то есть наша ветхая греховная природа.

На Голгофе мы видим нашего Бога с особой стороны, а именно: мы видим там Того, Который имел каждого из нас в Своем божественном сердце еще до создания мира, как мы читаем об этом в Послании к Ефесянам 1, 4: «Он избрал нас в Нем прежде создания мира». Господь думал о счастье и блаженстве каждого из нас, Своих искупленных детей, тогда, когда даже не было еще нашей земли. Было время, когда я не понимал слов в Книге пророка Иеремии 31, 3: "Издали явился мне Господь и сказал: «Любовью вечною Я возлюбил тебя и потому простер к тебе благоволение». Читая эти слова, я спрашивал себя: что означает вечная любовь Бога ко мне? Сегодня мне эти слова так понятны: Бог любил меня еще тогда, когда меня не было и когда не было еще даже земли, на которой мы живем с вами. А Бог знал и любил нас еще тогда. Да будет Ему за эту вечную любовь к нам хвала и слава от каждого и каждой из нас!

На Голгофе мы видим распятого Христа, на Которого Бог возложил грехи всех нас, как мы читаем об этом в Книге пророка Исайи 53, 6: «Все мы блуждали, как овцы, совратились каждый на свою дорогу; и Господь возложил на Него грехи всех нас». И когда нас будет терзать сомнение, что, может быть, мы все же не спасены и грехи нам не прощены, снова и снова поднимем наши очи к Голгофе. Пусть каждый из нас увидит свои грехи на умирающем там Агнце Божием Иисусе Христе

Апостол Павел, бывая часто на Голгофе и созерцая там Агнца Божия, умирающего за все его грехи — большие и малые, сказал в глубоком благоговении: «Я не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа» — Гал 6, 14. Так и наши сердца должны дорожить Голгофой, как дорожило ею сердце апостола Павла.

А. В. Карев

Источник: «Братский вестник», 1975, № 2