Киелi Кiтап – это и есть Библия

Моя мать была человеком богобоязненным. Отец же, несмотря на то, что в детстве учился три месяца у муллы, пока того не репрессировали, был не особенно религиозен. Он не старался соблюдать все мусульманские обряды, что возмущало мою мать. Она говорила: «Ведь ты уже старый человек, а даже в мечеть не ходишь. Вдруг ты умрешь, как тогда предстанешь перед Всевышним?» Мы, дети, все это слышали с детства, и для нас существование Бога было само собой разумеющимся.

Мама, когда я пошел в школу, с самого начала внушала мне: «В школе тебя будут учить, что Бога нет, но ты не верь. Бог есть». Я запомнил это. Она предупреждала меня, что сатана всегда будет стремиться обмануть меня, чтобы я поклонялся не Богу, а ему. И я все время, всю свою жизнь боялся оказаться обманутым. И когда мне проповедовали о Христе и предлагали покаяться, я это воспринимал не просто так, а досконально все проверяя, анализируя и сопоставляя.

Еще я запомнил из детства, что мама, когда воспитывала нас и у нее кончались аргументы, поднимала вверх указательный палец и внушительно произносила: «Даже в Библии так написано…». Этим она побеждала нас. Хотя мы никогда не читали Библию, мы знали, что это очень важная книга, в которой написана только истина. Мама сама тоже Библию никогда не читала. Но она работала с одной верующей немкой, которая, видимо, много говорила маме о Библии, рассказывала ей библейские истории. Моего отца звали Дауыт, и как-то раз мама, придя с работы, сказала, что отца зовут Давид. Я возмутился, потому что для меня эти два имени не имели ничего общего. Она говорила, что Жакып – это Яков, Жусуп – это Иосиф. Я думал, что это она сама придумала или нафантазировала. Она же мне объясняла, что в Библии и Коране есть много общего.

Первой в нашей семье уверовала моя младшая сестра, которая сразу же стала очень горячей благовестницей. Ее дочь в то время была еще очень маленькой, но сестренка и с коляской умудрялась находить для себя служение для Бога. Моя сестра очень много говорила мне о Боге, приносила послушать разные аудио-кассеты. Она очень много молилась о нас, своих родных. И после того как обратился я, мое обращение повлияло на другую мою сестру. Она тоже покаялась через неделю после меня. Еще через три недели покаялся наш отец. Позже он даже принял крещение.

Каялись перед Богом и два младших моих брата, но в дальнейшем они отошли от Бога. Мы продолжаем о них молиться. Обращение к Иисусу нашей семьи вызвало некоторый резонанс в районе, потому что нас знали многие, мы имели кое-какое влияние. Один из моих братьев был директором крупного предприятия. Я на этом предприятии был главным энергетиком.

После того как я заболел, я занимал должность председателя общества чернобыльцев – три года в Талдыкоргане и еще три года в Мангышлаке. В это время я сильно болел. Моя болезнь в какой-то мере тоже повлияла на то, что я стал искать Бога. Меня беспокоили вопросы – почему заболел именно я, что будет со мной, если я умру, и где я буду? Думаю, что если бы я не заболел, может быть, у меня не было бы причины для поиска Бога. Потому что я был технически грамотный специалист, у меня было много сопутствующих специальностей, и для меня даже в самое тяжелое время, будь я здоров, никогда не было бы проблемой, чем я буду кормить семью. А вот болезнь оказалась для меня тяжелым испытанием. Я уже не мог работать, и были моменты, когда я был в острой нужде. Я остался без семьи.

Где-то с 1991 года я стал читать религиозную литературу, в основном, мусульманского содержания. Тогда ее было не так много, но как-то раз я встретил в магазине Коран и купил его. В то время считалось, что это самая необходимая для человека Книга. Я читал Коран, но многого не понимал. В Коране я прочел, что до него были еще какие-то книги – Таурат, Забур, Инжил. Я знал, что это часть Библии. Коран не отрицает Библию, просто говорит, что люди исказили ее.

Я переехал в Актау, где церковь была еще маленькой, и я не встречал там верующих христиан. В газетные киоски и на предприятия тогда поступало много духовной литературы. И моим домашним на работу принесли Евангелие от Матфея на казахском языке 1989 года выпуска и Киели Китап 1993 года издания. Они, зная, что я интересуюсь подобной литературой, купили эти книги для меня. Я прочел их за один присест. Я не думал, что это Библия, я читал их как начальные книги Корана. Сознание же мое так и оставалось мусульманским.

В Коране написано, что Библия искажена, и мне интересно было узнать, что именно исказили христиане. Мне захотелось почитать христианскую Библию. И как-то раз я увидел рекламу фильма Иисус. Я пошел на него, надеясь, что услышу про Иисуса, потому что мне кто-то сказал, что мой покровитель – Иисус, и к тому же я надеялся, что приобрету там Библию. Фильм демонстрировали христиане какого-то харизматического направления. Они продавали Библии по очень высокой цене, но не смотря на цену, я все равно купил ее. Я принес ее домой, взял Киели Китап и Библию, положил их рядом и стал читать, сравнивая и пытаясь найти разницу. Но все было правильно. Я тогда не понимал, что Киели Китап – это и есть Библия, только на казахском языке.

Вот так я и начал читать Библию. Некоторых книг в казахском переводе не было, и я стал читать их на русском языке. Мне очень понравились Притчи, потому что там я нашел очень много мудрых слов, которые актуальны в повседневной нашей жизни. Читая Притчи, я находил в своей жизни много ошибок и старался исправлять их. Но чаще всего я читал Екклесиаста, так как я задавался теми же вопросами, которые поднимает автор этой книги. И я понимал, что многих ошибок в своей жизни я избежал бы, если бы читал Екклесиаста. Я так жалел, что не прочитал эту книгу раньше.

Постепенно все интереснее для меня становился Иисус, и я стал больше читать Евангелия. У меня стали возникать вопросы, и я стал искать, кто бы мне их растолковал. И когда я приехал в свой родной аул, то мой родственник, который жил рядом с домом молитвы, ночью тайком привел меня к пастору этой церкви.

Мы долго сидели за чаем, пастор, оказывается, приехал из города с ночевкой. Я задал ему один вопрос: «Как ты понимаешь Библию, то, что в ней написано?» Он дал мне хороший ответ: «Как там написано, так и понимаю». Позже, я, вняв его словам, все воспринимал именно так, как написано, нравилось мне это или не нравилось, кажется ли мне это невозможным или даже фантастичным. Я старался все, что не понимаю своим разумом, принимать на веру, вмещать в себя.

Постепенно я стал молиться, призывая имя Иисуса. К тому времени обо мне молилась моя сестра, уже уверовавшая во Христа, которую я долго не понимал. Но обратился я позже, после того, как побывал в Алматы в казахскоязычной церкви «Акикат». Я слушал там не столько проповеди и свидетельства, сколько свое сердце. Я ясно почувствовал, как оно успокоилось. И я понял, что это не просто так, это оттого, что здесь оно услышало истину. Потому что до этого момента в моем сердце никогда не было покоя. Но я многого не понимал, может, потому что благовестники были не очень опытными – они, еще толком ничего мне не объяснив, хотели, чтобы я покаялся в тот же день. Через два с половиной месяца у нас в Талдыкоргане проводилось служение на казахском языке. Помощь в его проведении оказали приехавшие братья из церкви «Акикат». К тому времени я был уже готов к тому, чтобы отдать свою жизнь Иисусу, и когда был призыв к покаянию, я обратился к Богу.

Так повлияла на мою жизнь Библия.

Сейчас община отпустила меня, как миссионера, организовывать новую церковь, где служения проходили бы на казахском языке. Церковь уже родилась. Теперь мы собираемся организовать казахский христианский центр.

Мустафа Хусайын, Талдыкорган

Самые читаемые